С пчёлами связано немало чудес. Особенно интересны два из них - одно, очень древнее чудо, дошедшее до наших дней как предание, и другое, недавнее, очевидцы которого живы до сих пор. Начнем с первого случая. Было это в XIV-XV веках, когда пала Византийская империя и на её место пришла Османская. Святую землю тогда топтали копытами своих лошадей жестокие янычары. Захватили они однажды и Вифлеем - родину Иисуса Христа. И, как были многие из них верхом, въехали они на лошадях в храм Рождества Христова, носясь между мраморными колоннами в поисках очередной жертвы. В этом храме есть святая святых - пещерка, или, по-христиански, вертеп, где, собственно, Мария родила Божественного Младенца. И не видеть бы нам в наши дни этой святыни, если бы янычары добрались до неё. Неожиданно случилось совершенно невероятное: из одной из мраморных колонн, которых не меньше двадцати в храме, вылетел рой пчёл и начал нещадно жалить жестоких всадников. Побеждать пчёл мусульманских воинов никто не учил. Да и разве достанешь мелких жалящих пчёл своим ятаганом, когда они забрались тебе под одежду?! А пчёлы жалили и лошадей в глаза и в уши. Обезумевшие арабские скакуны сбрасывали своих всадников на пол. Гордые османские захватчики в ужасе выбегали из храма. И позже старались обходить его стороной. Но чудо на этом не кончилось. На мраморной колонне, из которой вылетели пчёлы, сохранились до наших дней отверстия, из которых они и вылетели. И до сих пор многие паломники из разных стран вкладывают свои пальцы в эти отверстия и с молитвой что-то нашёптывают. Но перенесёмся теперь на пять с лишним столетий, в нашу эпоху, в греческий монастырь Эсфигмен, расположенный на священном Афоне. Однажды монах Кирьякос, старший пчеловод монастыря, поместил рамку с вощиной в один из ульев пасеки при монастыре. В рамку была вставлена небольшая бумажная икона с изображением Пресвятой Богородицы «Неувядающая Роза» (создатель этой иконы - незабвенный старец Эвфимий). А в другую рамку была помещена икона святого Нектария, Эгинского чудотворца. Афонские монахи абсолютно всё делают с молитвой, а иконки Кирьякос поместил в улей, видимо, для того, чтобы пчёлы и мёду давали больше, и сами не болели. Через пару дней отец Кирьякос открыл улей и с изумлением обнаружил следующую картину: тогда как обе рамки были закрыты свежими ячейками из воска, образ святого Нектария, так же как и образ Богородицы с Младенцем, были абсолютно чистыми и без ячеек. «Пчёлы, по-видимому, - как пишут об этом событии сами монахи, - уважая Пречистый Образ Богородицы, не дерзнули застроить его ячейками. Сколь чудны дела твои, Господи, - пишут дальше они, - если Ты даже бессловесным пчёлам даёшь работать с таким разумом и прилежанием!» Скептики могут сказать, что пчёлам помешала покрыть изображение на иконках типографская краска, с помощью которой напечатаны эти иконки. Но для защиты от всего, что не нравится пчёлам, будь то краска, или неприятный запах, или, скажем, ржавчина, у них всегда есть пчелиный воск. Этот воск может на века законсервировать покрытый им предмет или поверхность. Специалистам, к примеру, известны греческие фаюмские портреты. Некоторые из них написаны в III—IV веках до новой эры, однако краски на них до сих пор не потеряли своей яркости. И всё потому, что варились эти краски с чистым пчелиным воском. Такая живопись с использованием восковых красок называется энкаустикой. Художников, знающих эту древнюю технологию, у нас в стране можно пересчитать по пальцам.
Комментариев нет:
Отправить комментарий